ЭЛИ ГЕРВИЦ. ЧТО ТАКОЕ — АНТОНИМ СВОБОДЫ?

6 минут чтения
ЭЛИ ГЕРВИЦ

ПЕСАХ – ПРАЗДНИК СВОБОДЫ. КАЖДЫЙ ПОНИМАЕТ СВОБОДУ ПО-РАЗНОМУ. НО МАРКЕТОЛОГИ УЧАТ НАС ОПРЕДЕЛЯТЬ ПОНЯТИЯ ОТ ПРОТИВНОГО. ЭТО КАК У ФОРДА: «АВТОМОБИЛЬ – ТЕЛЕГА БЕЗ ЛОШАДИ»

Почти 30 лет назад, когда я был свежеиспеченным новым репатриантом, студентом юрфака, мы с друзьями организовали курсы по подготовке к экзаменам в израильские университеты. Экзаменам по американской системе – с помощью тестов. Сами читали лекции, сами писали вопросы, взять их было неоткуда.
Одной из тем в лингвистической части были антонимы. Мне запомнилось задание подобрать антоним к слову «эволюция». Самым интуитивным нам казалась «деградация», но правильным ответом была «революция».
Сейчас я поймал себя на том, что начал подбирать антонимы к слову «свобода». У кого-то, возможно, первым высветится «рабство». У фанатов Тимура Шаова, коим я являюсь, это будет, наверное, «несвобода»…
И тут мне вспомнилось мое недавнее видео-интервью с Андреем Мовчаном по следам его книги «Проклятые экономики». Не стану вдаваться в цепочку ассоциаций, почему сама книга и этот разговор про современность и экономику наложились у меня на лекции Станислава Дробышевского – про глубокую древность и эволюцию. Но вместе они натолкнули меня на слово, которое вы не найдете ни в одном словаре антонимов рядом со словом «свобода».
Забегая вперед, скажу, что слово это – «гипер­адаптация».

У Дробышевского, главного редактора ANTROPO­GENEZ.RU, популяризатора науки и потрясающего эволюциониста, есть очень интересная мысль, идущая вразрез с общепринятым.
Судите сами. Мы, люди, считаем себя венцом творения, а стремление к совершенству – безусловным достоинством. И естественным образом полагаем, что такими же были наши предки – в свое время и на своем уровне. По Дробышевскому, все с точностью до наоборот: ничего выдающегося они собой не представляли – иначе беспощадная волна истории смывала бы их всякий раз, как менялась ситуация. Все дело в гиперадаптации к сегодняшним условиям. В них ты совершенен, в других – беспомощен. Гиперадаптация лишает гибкости и не оставляет шансов выжить в эпоху изменений.
Так, став мегауспешными в своем деле, мы рискуем загнать себя в колею слишком глубокую, чтобы выбраться из нее, если неожиданный ливень ее затопит. Это и есть настоящий противовес свободе.
В менеджменте есть любопытное упражнение. Оно предлагает задать себе вопрос: чем бы вы занимались, если бы вас лишили возможности делать то, что вы делали вчера, позавчера, год и 10 лет назад? Это упражнение всегда рассматривалось как некая нереалистичная игра, но теперь «корона» действительно лишила огромное множество людей возможности заниматься привычным делом. Элитные рестораторы, которые умеют вкусно и красиво кормить людей в стильном антураже, развозят деликатесные блюда в одноразовых коробочках, конкурируя со стритфудом. Музыканты, привыкшие к энергетике больших залов и стадионов, дают концерты в Zoom. Я никогда не стоял на сцене c гитарой в рваных джинсах, но думаю, что рок-звезды, падающие в зал на руки восторженной толпе, не создали бы свои великие хиты, будучи навсегда приговоренными к «удаленке».

Безусловно, «корона» затронула и нашу адвокатскую коллегию и заставила задать честный вопрос: а не страдаем ли мы гиперадаптацией?
Когда меня спрашивают про нашу специализацию, я отвечаю, что это bridge maintenance. Мы, как атланты, держим на своих плечах мост, соединяющий Тель-Авив и Москву, и шутим: это рядом, четыре часа на автобусе, просто этот автобус перемещается по воздуху.
Многие считают нас чуть ли не собственниками этого «моста», потому что мы работаем с зарубежными, а не локальными клиентами.
Почему мы выбираем их? У зарубежных клиентов на кону дела совершенно другого размера. Если вас обманули на $100 тыс. в своем городе, вы с большой вероятностью будете судиться. Но если вас обманули на $100 тыс. в трансграничной сделке, то часто дешевле списать потерю, борьба обойдется дороже. А вот за миллионы вы будете бороться и на чужом поле. А мы любим как раз крупные дела.
Почему они выбирают нас? В локальном споре основным критерием нередко является дешевизна, но в выборе адвоката за рубежом, я думаю, процентов девяносто занимает доверие. И за почти четверть века практики мы это доверие заслужили.
Сейчас «наши автобусы не летают», и мы намного реже видим московских друзей, партнеров, клиентов. Жизнь и нас вынудила поиграть в игру «что вы будете делать, если не сможете делать то, в чем преуспели до сегодняшнего дня».
Что-то изменилось количественно. Вот, например, сделки по покупке недвижимости, в первую очередь, «первички», покупаемой «на бумаге», перешли в онлайн. Люди поняли, что на самом деле не важно, где находитесь вы, подписывая документы: в Тель-Авиве или в Москве, – важно, где находится котлован дома, квартиру в котором вы покупаете.
Но есть изменения и качественные: мы реализуем много новых идей, до которых вряд ли додумались бы, если бы не «корона», и запускаем проекты, до которых годами не доходили руки.

Когда все будут поздравлять друг друга с Пасхой и желать свободы, я пожелаю всем уберечься от гипер­адаптации. Будьте экспертами в том, что вы делаете, но не забывайте рядом со своей неизбежной колеей наметить дополнительные дорожки. Адаптируйтесь, становитесь лучшими в мире в своем деле, а потом – становитесь лучшими в чем-то еще.  


ВАМ МОЖЕТ ПОНРАВИТЬСЯ